Магометанское солнце слепит глаз. Без защитных очков на водную гладь не взглянешь, от океана веет приятной прохладой. А в комфортной марине колышутся у причалов белоснежные красавицы…

Благодаря одной из них вскоре ты покинешь знойный берег и ощутишь приятную свежесть. Обострятся чувства, которые ты готов разделить со своей половинкой и не сомневаешься, что они окажутся взаимны…

Романтики и лирики в яхтинге предостаточно. И не зря парус манит не только поэтов, но и толстосумов разных мастей в компаниях длинноногих спутниц (о чем мы еще поговорим). Но у каждой медали есть обратная сторона. Быть смытым, как щепка, за борт океанской волной, сесть на мель, оказаться в лапах пиратов – лишь некоторые особенности яхтенной жизни, которые следует учитывать, открывая для себя неповторимый мир паруса. Один из самых опытных украинских яхтсменов, чемпион мира, призер Олимпийских игр Родион Лука напоминает – парусный спорт считается спортом 4-й категории опасности.

– Яхтинг с виду не настолько опасен, но становится опасен после того, когда человек на борту получает травму. Ведь квалифицированной первой помощи он получить не в состоянии. Даже если ты вышел покататься на яхте, то находишься в получасе, в часе ходьбы от берега. Ситуация усугубляется, если яхтсмен один. Поэтому в парусе, и это является его отличительной особенностью, человек привыкает следить за своей безопасностью и предвидеть какие либо действия, которые могут вызвать любые повреждения на лодке, любую аварию и т.п. Как правило, морские люди думают с опережением, знают наперед, что может произойти. Они подобно пилотам самолета не паникуют, ибо знают – неверные решения влекут за собой смерть. Поэтому посмотрите: яхтсмен никогда не сядет за руль автомобиля непристегнутым, он понимает, шансов остаться в живых у него в таком случае больше.

Родион Лука на яхте вместе с детьми Софией и Кириллом

– Во время участия в кругосветной регате ты удивлял холодеющими кровь подробностями быта.
– Начнем с того, что во время гонок “Volvo ocean race” у нас на яхте, и не только у нас, висели списки вещей – инструменты различные, материалы запасные. Когда видишь мешок для трупа в этом списке, начинаешь понимать, насколько это серьезно. Во время предыдущей регаты “Volvo Ocean Race” один человек выпал за борт, когда его нашли через сорок минут, было уже поздно. И не удивительно- когда яхта несется со скоростью 30 узлов, а это почти 60км/ч, и человека смывает волной за борт, проблема имеет все шансы стать неразрешимой. У каждого из нас есть JPS, с яхты видно, где находится человек, но чтобы остановить эту 14-титонную махину, у которой мачта с 9-тиэтажный дом, опустить паруса площадью порядка 900 кв. метров- это займет при лучшей работе экипажа днем около 15 минут. А если ночью- времени потребуется больше. И пока яхта остановится, развернется и против ветра уже с намного меньшей скоростью возвратится назад, проходит 40 минут. Допустим, вода холодная, и как бы человек тепло ни был одет, через 20 минут температура организма опустится до 33*С- это тот предел, когда любой организм теряет сознание, и то, что ты не захлебнешься в этих волнах, вероятность небольшая. Человека найдут, но как оказать ему полноценную медицинскую помощь, когда до ближайшего берега три тысячи миль. Вертолеты не летают на такие расстояния и как выходить из этого положения? Возьмем другие примеры. В океане встречаются посторонние предметы. Ты можешь ударить яхту, которая сделана из карбона и не такая уж прочная, может образоваться пробоина, тогда весь экипаж может оказаться в беде. Плюс, в индийском океане сейчас процветает пиратство- это реальный рэкет, когда под видом рыбаков нападают вооруженные люди. В первую очередь им интересно забрать что-то дорогое, слава Богу, у нас этого не случилось, и честно говоря, мы даже не видели. Но сам факт! Перед регатой нас инструктировали- пиратам сопротивления не оказывать, в случае нападения- руки вверх и сдаваться. В общем, масса опасностей подстерегает. И такая регата- это действительно восхождение на Эверест в парусном спорте.

– Что еще для тебя было неожиданным в этих гонках?
– Когда среди ночи в индийском океане я стоял за рулем, получил экстремальные впечатления. У нас не было луны в это время, и я просто не видел линии горизонта. В кромешной тьме яхта с огромной скоростью неслась, спотыкалась о волны постоянно, по палубе проносилась горная река. Меня дважды от руля отрывало, но я просто был пристегнут. В противном случае тебя смывает волной и ты понимаешь – нас одиннадцать человек, я не имею права руль отпускать, потому что в любой момент может непроизвольный поворот произойти и возникнут огромные проблемы. Плюс яхта дорогая, и вот эта ответственность, которая на тебе лежит, к ней привыкнуть, расслабиться и как ни в чем не бывало управлять яхтой и при этом выжимать из нее скорость- это для меня была не совсем привычная ситуация. Океан задавал миллион вопросов. То, чего я не ожидал – это насколько мне будет тяжело. Постоянно находиться в такой влажности. Вы даже не представляете, что происходит с кожей. Когда у других членов экипажа появляется сыпь после трех недель пребывания на борту в этой влажности, которая является идеальным местом для инфекций и бактерий. В таких условиях любая рана не заживает. Плюс ко всему борьба с недосыпанием. Ты не можешь выспаться, потому что спишь всего лишь шесть часов в сутки – три раза по два часа в среднем, если все хорошо, ну и конечно сумасшедший упадок сил. С ним тоже нужно было бороться.

Вперед! Рассекая волну!

– Как был организован быт экипажа во время продолжительных океанских переходов?
– Естественно, на этой яхте никаких удобств не было – ни душа, ни кондиционера. К примеру, на экваторе очень жарко, ты спишь буквально в обнимку с вентилятором 12-тивольтным и обливаешься потом, тело протираешь салфетками антибактериальными, пропитанными спиртом, пользуешься кремами для младенцев. Еда – сублимированная пища. Для того, чтобы экономить вес, у нас, например, весь запас провизии на один день на 11 человек составлял 9,5 кг. Все экипажи борются с весом и возить с собой мешки картошки, чеснока- так не бывает, когда люди тратят миллионы. То, чем мы питались, можно сравнить с армейской едой, изжогу она не вызывает и мне в целом нравилась. Конечно, западноевропейцы все время недовольство проявляли из-за однообразия. Но для меня неважно, что кушать, лишь бы я не был голодным. Энергетические напитки пили, витамины, электролайты- это все у нас присутствовало. В день потребляли по две тысячи калорий – у нас были врачи, которые все рассчитывали, серьезный уровень.

– После стольких испытаний возникает вопрос – ради чего ты отправился в кругосветку?
– Я хотел попробовать, увидеть, как это выглядит на самом деле, и, честно говоря, мне понравилось. Я очень давно об этом мечтал, с детства смотрел видео, когда еще советская яхта “Фазиси” принимала участие в кругосветной регате. Не будем забывать, что в девяностых капитан украинской яхты Алексей Грищенко ушел из жизни в Уругвае после одного из этапов подобной регаты. Гонка унесла жизнь одного украинца- для меня это тоже послужило мотивацией. Конечно, я благодарен супруге Насте, которая мне разрешает, позволяет отдаваться своей карьере. Ради этого стоит жить и в этом есть свой кайф.

Руслан Свирин

– Итак, подытожим, Родион…
– Яхтинг есть за что любить. Внутреннюю дисциплину переносишь на сухопутные дела. В бизнесе, быте она помогает минимизировать риски, которые могут повлечь за собой необратимую цепную реакцию других событий, вызывающих проблемы в жизни. Вот этому учит парусный спорт, в первую очередь.

Руслан СВИРИН, яхтенный журналист,
блог автора